судья и женщины

[gracheeha]

Ничто не продаётся в пуританской Америке так хорошо, как секс во всех его видах.  19 лет тому назад очердное скучное слушание в Сенате об утверждении президентской (тогда - Буша старшего) кандидатуры в Верховный Суд вдруг взорвалось разговорами о скабрезных шутках и сексуальных домогательствах по отношению к его сотруднице Аните Хилл.  Это всё раскрутилось из какой-то мухи и выросло в огромного мамонта.  Кларенс Томас был возмущённо всё отрицал и с гневом говорил, что всё это - высоко-технологическое линчевание его личности.  Республиканские сенаторы давили Аниту и обвиняли её, что она врёт под присягой, тем самым совершая уголовное преступление.

Мне было совершенно не до того, чтобы вникать в эту историю, - забот полон рот, а тут ещё и Советский Союз разваливался, Украина провозгласила независимость, но избежать разговоров о Томас-Хилл было невозможно.  Они были во всех новостях, о них говорили на работе и в компаниях.  Те моменты,  которые я наблюдала из этого слушания, оставили у меня впечатление, что женщина говорит правду, к тому же она прошла тестирование на детекторе лжи, а Томас с негодованием отверг такую возможность, но я совершенно не понимала, зачем это всё вытаскивать на свет Божий. 

Мне было жалко мужика, который с самых низов, без посторонней помощи добрался до самого высокого поста и все его усилия могут полететь к чёртовой матери из-за того, что он позволял себе непристойные шутки.  Тем более, что никто его не одёргивал, никаких жалоб на него не поступало, выговоров ни устных, ни с занесением он не получал.  Сейчас я немного лучше понимаю расовую составляющую этой проблемы.  Томас - чернокожий и он так обращался с подчинёнными ему негритянками.  Во-первых, чувство расовой солидарности препятствовало женщинам обращаться с жалобой на "своего", во-вторых, такая жалоба была чревата возможностью потерять работу в престижном месте, а значит и поставить крест на своей карьере, что для молодой женщины, которая столько сил вложила в своё образование, всегда чувствительно.

Несмотря на весь шум-тарарам демократам было как-то неудобно давить чернокожего, хотя во время слушаний всплыла ещё одна женщина, у которой был подобный опыт общения с Томасом, но с другой стороны были вызваны свидетельницы, которые клялись, что ни в жисть Кларенс не способен на непристойности.  Сенаторы морщились (сами не без греха), разделились пополам и всё-таки преимуществом в несколько голосов утвердили его.  После этого республиканская братия ещё, как могла, оттопталась на Аните Хилл, через несколько лет она была вынуждена уйти с профессорской должности в Оклахоме.  О ней вышла книга "Истинная Анита Хилл", по названию которой уже понятно, что она блядь, брехло, чокнутая и лесбиянка впридачу.  Её взяли профессором в еврейский университет в Бостоне, где она и работает до сих пор.

История эта благополучно забылась, хотя временами какие-то всплески были.  Один мужик, разругавшись с республиканцами, рассказал, как он давил на женщин, чтобы они давали нужные показания.  Но интереса эти детали не вызывали.  Кларенс Томас тоже регулярно возмущался, но его возмущения мало кого волновали.  В 2007 году вышла его автобиографическая книга, где он опять с неубывающей яростью плевался в сторону Аниты Хилл.  Книжку эту купила одна женщина Лиллиан МакЮен (McEwen), которая была в 80-х годах любовницей Томаса.  Она сама сделала успешную юридическую карьеру, работала судьёй и как раз собиралась на пенсию.  "А ведь я могла бы кое-что интересное порассказать о Кларенсе," - подумала эта дама и стала писать свою автобиографию.

 

Новый всплеск внимания к судье Томасу (справа) был вызван деятельностью его жены (слева, в короне Свободы), которая развила активную политическую деятельность среди ти-партистов и даже создала свою организацию Liberty Central, которую она зарегистрировала как образовательную, чтобы её доноры могли оставаться анонимными.  Но тут была неудобная деталь: Вирджиния (Джинни) Томас возглавила Либерти Сентрал не за красивые глаза Свободы, а с зарплатой, которая ей начислялась из пожертвований доноров, которых она знала, а общество нет.  А доноры были солидные, главный из них полмиллиона отвалил.  Встал вопрос, что будет, если этот неизвестный нам донор по какому-то делу будет истцом или ответчиком в Верховном Суде?  Может ли общество быть уверенным, что судья Томас исключит себя из рассмотрения дела, или есть вероятность, что он может принять сторону этого донора из благодарности и желания сделать своей жене приятное.

Дальше больше.  В январе 2010 Верховный Суд, где заседает судья Томас, принимает решение, что анонимные деньги вполне допустимы в политической кампании, в том числе и анонимные корпоративные пожертвования, и теперь Джинни Томас даже не надо прикидываться, что она занимается образованием, но она может полностью отдаться политической деятельности, за которую ей платят зарплату из анонимных источников.  Пару недель назад "Нью-Йорк Таймс" и несколько других ведущих изданий поместили статьи об этой проблеме в стиле "Who's paying Justice Thomas' family?"

А в это время пенсионерка Лиллиан, которая отлично выглядит для своих 65 лет, уже написала свою автобиографию и ищет для неё приличное издательство.  Но приличные издательства не очень рвутся связываться с компроматом на одного из действующих верховных судей, к тому же очень консервативным, жена которого одна из активных деятельниц агрессивной Ти-парти.  Ведь приличные издательства делают приличные деньги, а издание такой книги ещё неизвестно что принесёт.  И тут судьба послала автору удачу.

Супруге судьи Джинни Томас стукнуло в голову спровоцировать Аниту Хилл.  Возможно, её раздражили эти статьи о её хорошо оплачиваемом активизме или ей пришла в голову гениальная мысль, как выставить всех либералов лжецами.  Возможно, у неё были какие-то другие рассчёты или она решила просто запустить пробный шар - а вдруг Анита сорвётся и отчебучит что-нибудь этакое...  Как бы там ни было, за три недели до выборов в субботу длинных выходных по поводу Дня Колумба ни свет, ни заря (в 7:30 утра) энергичная госпожа Томас позвонила профессору Хилл (слева современная фотка) в офис в Брандайсе (Аниты там, естественно, не было) и оставила ей следующий месседж:

"Good morning Anita Hill, it's Ginni Thomas.  I just wanted to reach across the airwaves and the years and ask you to consider something.  I would love you to consider an apology sometime and some full explanation of why you did what you did with my husband. So give it some thought and certainly pray about this and come to understand why you did what you did. OK, have a good day."

Профессорша была уверена, что это глупый студенческий розыгрыш, но она не хотела бы дальнейшего его развития и поэтому сообщила в кампусную полицию, чтобы те нашли исполнителей или исполнительницу и провели в ними воспитательную работу.  Найти оказалось совсем просто - позвонили по телефону и попали на Джинни Томас, которая и не думала отпираться: "I did place a call to Ms. Hill at her office extending an olive branch to her after all these years, in hopes that we could ultimately get past what happened so long ago.  That offer still stands. I would be very happy to meet and talk with her if she would be willing to do the same. Certainly no offense was ever intended."

После такого заявления Анита Хилл предала эту историю гласности со своим заявлением, что она правдиво отвечала на вопросы 19 лет назад и ей не за что извиняться: "I appreciate that no offense was intended, but she can’t ask for an apology without suggesting that I did something wrong, and that is offensive."  Тут народ стал читать и удивляться, с чего бы это Джинни моча в голову ударила и она стала требовать от Аниты извинений - была ли жена судьи пьяна или под влиянием крутого снотворного, так нелепо выглядел этот войс-мейл.  Психиаторы предполагали, что она сейчас проходит курс психотерапии и решила посмотреть в лицо своим страхам.  Циники считали, что она хочет привлечь общественное внимание к себе и к своей организации.  Внимание она, безусловно, привлекла.

Я думаю, что эта флуктуация в предвыборной кампании скоро затихла бы сама собой.  Одни возмущённо кричали бы, что извинятся должен судья, издевавшийся над чистой душой девушки, другие, как сенатор от Юты Оррин Хатч, заявляли бы, что Кларенс - святой человек и ради  спасения собственной души Аните надо чистосердечно и со слезами покаяться и умолять о прощении.  Покричали бы и - дело с концом, если бы не было Лиллиан.  Роман Лиллиан и Кларенса в 80-х не был тайной и, когда разразился скандал, и позже, когда выходили книги об Аните Хилл и автобиография Томаса, с ней были бы рады поговорить многие репортёры.  Но она загадочно улыбалась и помалкивала.

Вот и в эти дни, ей позвонил вечером её знакомый корреспондент из местной газеты, которая случилась быть "Вашингтон Пост" и спросил её, что она думает о звонке супруги Томаса к Аните Хилл.  Уж не знаю, что она ему ответила, но потом она хорошенько подумала и позвонила ему обратно - она решила, что момент, чтобы выйти ей на сцену, вполне подходящий.  За несколько дней она дала короткие интервью "Вашингтон Пост", "Нью-Йорк Таймс", а также телевизионные интервью ABC и CNN (самому Ларри Кингу!).  Остальная пресса довольствовалась перепечатками.

Старуха Лиллиан не только отодвинула бедняжку Джинни Томас на третий план, но и заставила её вместе с её супругом напрочь заткнуться.  Не вдаваясь в детали, бывшая любовница рассказала, что Кларенс был пьяницей, одержимый порнографией, он злоупотреблял своим служебным положением.  Потом он бросил пить и вся злость, которая смягчалась алкоголем полезла из него наружу.  При этом видно, что Лиллиан может долго рассказывать неприглядные вещи о своём бывшем любовнике, занявшим высокое положение.  Ею движет далеко не только желание подзаработать денежку на книге, хотя и это не помешает.  Чувствуется, что у неё есть внутренняя потребность врезать как следует этому мужику за всё, а может быть, и за всех.

Теперь ситуация становится совсем интересной.  Кларенс Томас заседает в Верховном Суде, а его грязное бельишко проветривается перед всем честным народом.  Можно, конечно, оставить всё это без внимания, но если Лиллиан не перестанет вонять, то это всё не пройдёт даром и для репутации Верховного Суда тоже.  Был бы в Америке сейчас республиканский президент, можно было бы полюбовно отправить Томаса на пенсию и номинировать кого-нибудь другого, тщательно проверив его интимные связи.  Но при Обаме это исключено, он же не номинирует человека у правой стенки, в лучшем случае, из правого крыла серёдки.  Если добровольная отставка Томаса исключена, то надо как-то затыкать рот его бывшей любовнице и делать это должны правые.  Я думаю, что заткнуть ей рот можно только деньгами, большими.

Comments

[avzel.livejournal.com]

Темная история (no pun intended). :)

[cheeha.livejournal.com]

Моя женская интуиция говорит, что женщины (Анита и Лиллиан) не выдумывают. Другое дело, что мне их поведение не нравится. И Аниты в том числе, ведь она сначала предоставляла эти сведения ФБР с условием, что её имя не будет упоминаться, а потом пришлось уже самой отвечать на вопросы в Сенате. Я как-то и осудить их решительно не берусь, но и примером для подражания не назову.

[scholar-vit.livejournal.com]

Хорошо написано

[cheeha.livejournal.com]

Спасибо! На днях прочитаю, а то я долго писала, картинки искала, после чего уже не было никаких сил читать. :))

[turtle-t.livejournal.com]

Спасибо, толково изложили, а то я (пока) не вникала в нынешние подробности из-за дефицита времени, а интересно же...

С некоторыми Вашими оценками и эпитетами я не согласна, но это нормально :)

[cheeha.livejournal.com]

Будет время, напишите, с чем Вы несогласны. Ваше мнение мне очень интересно, ведь политические составляющие в этой истории тесно переплетены с извечно женскими. :)