Экономика сексуальных услуг

была объектом рассмотрения в одном из докладов на ежегодной конференции Американской Экономической Ассоциации.

Оказывается, хорошенькая уличная проститутка стоит в Штатах не дороже, чем любая другая. В среднем, жрицу любви раз в месяц избивают. Как правило, презервативы не используются. О пользе менеджмента: с сутенёром проститутка зарабатывает больше и страдает меньше.

http://www.economist.com/finance/displaystory.cfm?story_id=10533877
Economics focus | Selling sex | Economist.com

всё они валят на Путина!

Тут и там разные граждане начали путинские доходы считать и заподозрили, что строящийся домик на лыжном швейцарском курорте (три этажа над горным склоном и еще шесть — в скале), возводят для русского президента. Брехня! "Новая Газета" расследовала это дело и оказалось, что никакой ни Путин, а простой калужский свиновод строит себе дачку, чтоб альпийским воздухом подышать.

http://www.novayagazeta.ru/data/2008/03/00.html
Новая Газета | № 03 от 17 Января 2008 г. | Раскрыта тайна виллы Путина

"а мы просо сеяли, сеяли..."

Лозное (или прутьевидное) просо - многолетний злак, естественно растущий в американских прериях, - оказывается, отличное сырьё для производства этилового спирта. Хотя выработка спирта из целлюлозы сложнее, чем из сахара, зато энергетически она много выгоднее. Подобно газону, траву достаточно засеять однажды, а потом лишь устраивать сенокосы. Более того, в своей корневой системе это просо энергично накапливает углерод, снижая парниковый эффект. Ну и зерна будем меньше переводить.

http://www.sciam.com/article.cfm?id=grass-makes-better-ethanol-than-corn
Grass Makes Better Ethanol than Corn Does: Scientific American

давно я так не ржала

От всей души благодарю maryxmas за обсуждение моего коротенького поста об американском сухом законе. Во-первых, обсуждавшие посчитали меня мужчиной, раз я против сухого закона, во-вторых, алкоголиком, раз я предлагаю выпить, а ещё я была названа "заглядывающее в бутылку тело"! Какой блеск! Теперь мне есть, чем хвастаться, и в будущем будет, что рассказать внукам.

Всё это напомнило мне один эпизод более чем двадцатилетней давности из моей киевской жизни. Дело было в очереди за каким-то дефицитом. Я, конечно, в ней не стояла. Имея на тот момент четверых детей, у меня не было времени стоять в двухчасовых очередях. Но эта очередь тянулась вдоль прилавков и перегораживала мне дорогу к другому отделу, где я хотела купить что-то вроде электрических лампочек. Я подошла и попросила стоявшего мужчину немного подвинуться, чтобы я могла обратиться к продавщице лампочек. Мужчина сказал что-то вежливое, вроде: "конечно, конечно", и несколько сдал назад, открывая мне доступ к прилавку.

Но стоявшая за ним тётка поняла это так, что он меня ставит в очередь перед собой. И тут она "отверзла уста свои"! Боже мой, как она орала! И не хотела слышать ни моих объяснений, ни этого мужчины, что я вовсе не претендую на место в очереди. Смысл же того, что она орала, был, что такая проститутка, как я, всегда сумеет в жизни устроится. Это была ария, которую без всякого микрофона было слышно по всему торговому залу. И моя проституция и предполагаемые баснословные деньги, которые я ею зарабатывала, являлись в ней центральной темой. Мне было уже сорок, одного переднего зуба не хватало (не говоря о коренных, но кто их считает!), очки на носу, а тут мне открывают глаза на мою истинную стоимость! Я совершенно забыла о лампочках и ушла потрясённая своей красотой. Естественно, я потом всем долго хвасталась.