учительское
Nov. 22nd, 2007 02:41 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
gracheehaМенеэс в совдепии, в Америке моей экологической нишей стало преподавание математики в старших классах, куда я сбежала от сложностей office politic в программистской фирме. Оставаясь наедине с подростками я чувствовала себя как рыба в воде, хотя время от времени среди моих учеников встречались те ещё барракуды.
Начиная работать с новым классом, я обычно спрашивала их, зачем они пришли в мой класс и что им от меня надо. Такая постановка вопроса отлично ломает лёд в отношениях. В американской школе ученики в классе более ни менее одного уровня: то ли у меня класс каких-нибудь продвинутых в математике honor students, то ли класс special education. В любом случае ответы в пределах конкретного класса более ни менее однотипные. Никогда не жалела, что давала для начала им выговорится, хотя в классе нередко бывало шумно.
Ну, honor students сразу мне объясняли, что им до зарезу нужно знать элементарные функции, чтобы на следующий год взять Pre-calculus, а ещё через год AP Calculus для покорения сердец приёмной комиссии какого-нибудь крутого университета. А в классах по-советски говоря "хорошистов" ответы были по-существу те же, но со вздохами, без энтузиазма, конечной станцией был Pre-calculus и с упором на то, что им бы оценочку какую-нибудь поприличней.
Те, кто о колледже не думают, но всё-таки школу были намерены окончить, разражались стонами и жалобами на жизнь, на школу и родителей, отравляющих им жизнь всякой никому не нужной ерундой. Я с сочувствием всё это выслушивала, задавая встречные вопросы. Я могу это себе позволить, т.к. требования устанавливают злые дяди наверху, а я что? я - ничего. Я им даже разъясняю, что образование в США обязательно только до 16 лет, а потом они свободные люди в свободной стране (парочку родителей, которым детки при случае ткнут это в нос, непременно будут звонить и жаловаться на меня, но мне важнее установить правильные отношения с детьми). В итоге, такой класс приходит к заключению, что от меня им нужна оценка. А я им рассказываю, как они её у меня могут заработать, напирая на работу в классе и радуя их, что домашнее задание - 20 мин. работы. "Сколько сделаете за 20 мин, столько и ладно". Бедняжки не знают, что их подростковый выпендрёж приведёт большинство из них к тому, что они будут работать 30-40 минут, а говорить, что больше 15 не удалось выкроить. Отдельные постараются халтурить и говорить, что изо всех сил пахали 20 мин, но смогли сделать только два примера. Моему сочувствию не будет предела и они получат приглашение прийти на следующий день в школу в 7:30 утра, чтобы делать домашнюю работу с моей помощью.
И наконец, бедные насильно заключённые, которым от школы вообще ничего не надо, даже бумажки об окончании. Они с удовольствием готовы рыть канавы, вместо того, чтобы складывать дроби, но их родители... В каких-то школах таких ребят - большинство, и даже их родителям от школы ничего не надо кроме бесплатного ланча. Работать в такой школе, я полагаю, примерно так же приятно, как надзирателем в тюрьме. В обычной школе такие ребята кончают в special education классах, где от них требуют по минимуму, что влечёт за собой отчаянную скуку. А что получается если подросткам тошно и скучно, говорить не надо. Этим ребяткам мне главное дать понять, что в обмен на честную работу (а на самом деле, хотя бы пристойное поведение), я могу их потешить какими-то около математическими развлечениями типа рисования оптических иллюзий или складывания оригами. На самом деле жизнь этих ребят во всех остальных классах настолько тосклива, что обрадовать их чем-нибудь, даже самым примитивным соревнованием между собой в группах, обычно не составляет труда. Но, с другой стороны, удержать их под контролем куда труднее, чем другие классы. Поэтому с этими-то мне особенно надо установить правильный контакт.
Начиная работать с новым классом, я обычно спрашивала их, зачем они пришли в мой класс и что им от меня надо. Такая постановка вопроса отлично ломает лёд в отношениях. В американской школе ученики в классе более ни менее одного уровня: то ли у меня класс каких-нибудь продвинутых в математике honor students, то ли класс special education. В любом случае ответы в пределах конкретного класса более ни менее однотипные. Никогда не жалела, что давала для начала им выговорится, хотя в классе нередко бывало шумно.
Ну, honor students сразу мне объясняли, что им до зарезу нужно знать элементарные функции, чтобы на следующий год взять Pre-calculus, а ещё через год AP Calculus для покорения сердец приёмной комиссии какого-нибудь крутого университета. А в классах по-советски говоря "хорошистов" ответы были по-существу те же, но со вздохами, без энтузиазма, конечной станцией был Pre-calculus и с упором на то, что им бы оценочку какую-нибудь поприличней.
Те, кто о колледже не думают, но всё-таки школу были намерены окончить, разражались стонами и жалобами на жизнь, на школу и родителей, отравляющих им жизнь всякой никому не нужной ерундой. Я с сочувствием всё это выслушивала, задавая встречные вопросы. Я могу это себе позволить, т.к. требования устанавливают злые дяди наверху, а я что? я - ничего. Я им даже разъясняю, что образование в США обязательно только до 16 лет, а потом они свободные люди в свободной стране (парочку родителей, которым детки при случае ткнут это в нос, непременно будут звонить и жаловаться на меня, но мне важнее установить правильные отношения с детьми). В итоге, такой класс приходит к заключению, что от меня им нужна оценка. А я им рассказываю, как они её у меня могут заработать, напирая на работу в классе и радуя их, что домашнее задание - 20 мин. работы. "Сколько сделаете за 20 мин, столько и ладно". Бедняжки не знают, что их подростковый выпендрёж приведёт большинство из них к тому, что они будут работать 30-40 минут, а говорить, что больше 15 не удалось выкроить. Отдельные постараются халтурить и говорить, что изо всех сил пахали 20 мин, но смогли сделать только два примера. Моему сочувствию не будет предела и они получат приглашение прийти на следующий день в школу в 7:30 утра, чтобы делать домашнюю работу с моей помощью.
И наконец, бедные насильно заключённые, которым от школы вообще ничего не надо, даже бумажки об окончании. Они с удовольствием готовы рыть канавы, вместо того, чтобы складывать дроби, но их родители... В каких-то школах таких ребят - большинство, и даже их родителям от школы ничего не надо кроме бесплатного ланча. Работать в такой школе, я полагаю, примерно так же приятно, как надзирателем в тюрьме. В обычной школе такие ребята кончают в special education классах, где от них требуют по минимуму, что влечёт за собой отчаянную скуку. А что получается если подросткам тошно и скучно, говорить не надо. Этим ребяткам мне главное дать понять, что в обмен на честную работу (а на самом деле, хотя бы пристойное поведение), я могу их потешить какими-то около математическими развлечениями типа рисования оптических иллюзий или складывания оригами. На самом деле жизнь этих ребят во всех остальных классах настолько тосклива, что обрадовать их чем-нибудь, даже самым примитивным соревнованием между собой в группах, обычно не составляет труда. Но, с другой стороны, удержать их под контролем куда труднее, чем другие классы. Поэтому с этими-то мне особенно надо установить правильный контакт.